Чужая судьба

Лена всегда удивлялась его талантливости, трудоспособности и широте интересов. У нее никогда не было ни голоса, ни слуха. А он открыл ей мир музыки. Научил любить Бетховена, Паганини, Моцарта. И современную музыку. И прекрасные народные песни Грузии. Он, несмотря на их безумную занятость, тащил ее в кино или театр, если там шло что-нибудь стоящее, куда она никогда бы не пошла сама. И теперь Лене просто дико было вспоминать, как она когда-то жила без всего этого. Он открыл ей мир Рембрандта и Чюрлениса, Кустодиева и Хокусаи, Фейхтвангера и Соммерсета Моэма, Ремарка и Экзюпери, Солоухина и Такэо Арисимы. Потому что в институте она много занималась, но почти ничего не читала: не хватало времени. Теперь, правда, времени не хватало еще больше, но благодаря Андрею они каким-то образом успевали сделать очень многое.

Но главным для него всегда оставалась наука. И Лена, конечно, тоже. Если бы одна из этих двух вещей вдруг исчезла, он просто не смог бы жить дальше. Они оба были микробиологами. Когда утром Лена случайно просыпалась в шесть, а не в восемь, как обычно, она видела его спину за письменным столом. Когда в двенадцать ночи, после дня безумно напряженной работы, она без сил валилась в постель, потому что уже просто не могла больше сидеть за письменным столом рядом с мужем, Андрей ей говорил: «Я сейчас». И сидел еще — до часу или двух ночи, потому что никак не мог оторваться от своей работы. Ему хотелось написать еще одну фразу, и еще одну, и еще… Он был просто одержим работой. Книги выходили у него одна за другой — прекрасно написанные, яркие, оригинальные, смелые и глубоко научные. Он быст-ро становился ученым с мировым именем.

И только одна Лена знала, чего это стоило. Это были годы жизни безо всяких выходных, праздников или отпусков. Это была работа на износ. Это были годы, когда за обедом они глотали что попало и оба думали и говорили только о новых штаммах бактерий. Когда в течение дня было абсолютно некогда оторваться хотя бы на пять минут, чтобы выпить глоток чая или позвонить старой институтской подруге, которой Лена уже не звонила пять лет. Когда Лена месяцами не видела мать и бабушку, хотя обе они жили в этом же городе.

Постепенно все, что было с Леной до замужества, стало казаться ей очень далеким и нереальным. Как будто это было до новой эры или на том свете. Непонятно почему, но она начала думать о своих бабушке и матери в прошлом времени. Как будто они жили когда-то очень давно. Да фактически теперь для Лены и не существовало ничего, кроме Андрея и их книг. Конечно, писал их Андрей один. Ведь он был очень талантлив, а она — просто неглупым и, главное, очень трудолюбивым и добросовестным исполнителем. Но она их редактировала. И печатала на машинке все многочисленные варианты. И часто подсказывала нужные мысли, без которых его книги не были бы тем, чем они в конце концов становились. Потому что она всегда чувствовала, чего именно в них не хватает. И делала все, чтобы он был счастлив и мог целиком отдаваться своей науке.

Семь лет такой жизни слились в один счастливый лихорадочный день. Она не жалела, что у них нет детей, ведь она знала, что тогда не сможет помогать Андрею. Что ребенок в их единственной комнатке означал бы массу хлопот, которые неизбежно оторвут Андрея от науки. А без науки он не может быть счастливым. Значит, ее долг — сделать все возможное для счастья Андрея. Ведь сам он так много сделал для нее. С ним она, собственно говоря, стала совсем другим человеком, нашла себя. И благодарна ему за это. И всегда у него в неоплатном долгу. Так что ни о каком ребенке не могло быть и речи. Да ей ведь никто и не был нужен, кроме Андрея.

Перейти на страницу: 1 2 3 4 5 6 7 8


Разделы

Новое на сайте

Copyright (c) 2019 www.teachguide.ru. All rights reserved.